Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Вкус свободы, более чем

Очень сложно отказаться от возможности чувствовать и думать. Это как наркотик, раз попробовал - и хочется еще, а если тебя  к тому же сознательно этому учат, то почти невозможно. Последние дни я все чаще задумываюсь, как сильно я люблю свой университет - Высшую Школу Экономики. Можно много придираться и к этому вузу тоже, и к программе ( поверьте, на журфаке нас учат лучше, чем на всех остальных журфаках страны, но тоже из рук вон безалаберно), и к отношениям и ангажированности университета с правящими силами страны, но главное - в чисто европейском подходе к образованию Вышка каким-то небывалым чудом сумела создать. Университет целенаправленно учит нас думать. И чувствовать, что ты думаешь. Всеми правдами и неправдами создав, либертарианский зонтик в отдельно взятом десятке корпусов, Вышка учит своих студентов быть людей, способных мыслить, слушать чужие мнения, и отвечать за свои решения. Да и чего стоит университет, где преподаватели перед субботним митингом договариваются со студентами, чтобы перенести субботние ( что важно!) занятия на пораньше, чтобы потом всем вместе двинуть на площадь, загодя, без суеты, другие - собирают телефоны всех, кто на митинг пойдет, чтобы в случае чего, вытаскивать детишек из увдэшечек, третьи санкционируют, по сути, срыв занятий, чтобы ребята смогли посмотреть фильм про Анну Политковскую.

Собственно о фильме, и буду петь дальше. Сразу скажу: я плакала, я буду писать страстно и пристрастно, я буду воевать за этот фильм. Нам задали вопрос: какое ощущение о Политковской на вас произвел этот фильм. Для меня этот фильм СОЗДАЛ ощущение Анны Политковской - кожей, нервами, кровью. Кратенечко - предыстория: мне 19 лет, я родилась в городе Самаре. Моя семья счастливым образом избежала всех ужасов и потрясений девяносто - родители жили, работали, родили меня, отвели в школу, отправили учиться в университет. А потом я узнала, что все эти 20 лет история делалась пока мы жили, что она не остановилась в районе где-то после второй мировой, а шла дальше, жестко неправильно, впрочем - как всегда. Я узнала, что Советский Союз развалился некрасиво и беспощадно засыпал всех, кто его раскачал, что люди ненавидят человека, их и еще полмира освободившего, а другую половину (хотя, можно ли здесь различать) от ядерной войны, что где-то происходят чудовищные теракты и войны, и гибнут десятки, сотни, тысячи людей. Таких же, как я, как мои мама и папа, чуть хуже, чуть лучше. И все гибнут.

Вчера вечером все, что я знала об Анне Степановне Политковской ограничивалось парой предложений.1 - ее убили. почти как с подлодкой курск дела. даже знала дом, где. 2 - она писала о Чечне, работая в Новой Газете. ее кабинет там - святыня. 3 - Яшин кричит и будет кричать, требуя наказать убийц Политковской. и все. вопрос лишь в том, почему первый вопрос за границей - про Политковскую. почему для немецких студентов журналистов - кабинет Политковской - святыня, ровно такая же, как для тех, кто знал ее лично.

Вчера вечером, я посмотрела трейлер фильма (дурацкая мода), но все же. Вчера вечером я знала, что фильм будет непростым. Сегодня днем, я смотрела фильм, и трезво и холодно думала. Два часа. И плакала. А потом думала, горячо и весь вечер. Венсан Кассель сказал в одном из интервью: "Кино нужно снимать так, чтобы остаток вечера не захотелась провести в Макдональдсе". Марина Голдовская сняла фильм, после которого хочется плакать, чувствовать дышать, бороться, и, что интересно, бежать в библиотеку...или куда там еще, где можно узнать еще. про историю, про нашу историю, которая идет вот так вот мимо нас, а мы ее в силу своей ограниченности, занятости - называйте как хотите, замечать не хотим. Я сразу скажу: это не тот фильм, про который можно сказать нравится-не нравится. Это фильм, который просто нужно посмотреть каждому - журналисту (особливо, будущему), историку, а главное - просто журналисту нашей страны. Не хочу говорить, про техническую сторону фильма, хотя он на мой взгляд сделан супер профессионально, но хочу  думать, думать и чувствовать.

Я по-прежнему довольно мало знаю про Анну Политковскую. Теперь я знаю, как много нужно про нее узнать. А еще я очень боюсь. Потому что завтра я еще десятки тысяч москвичей и не только, моих сограждан пойдут на площади, к российским посольствам, пойдут на улицы. Мне не страшно, что меня арестуют, ну совсем чуть-чуть, что побьют, хотя, конечно же, если не арестуют и не побьют, я буду просто счастлива больше, хотя дело все в органном концерте в евангелическо-лютеранской церкви в семь часов, но это к делу не относится. Я боюсь, что в это важное поворотное время, без преувеличений - в точке бифуркации, пусть историки позакидывают меня камнями, мы вновь повернем не туда. "Мы отвратительно распорядились обретенной свободой" - это слова Анны Степановной Политковской. Но неужели свобода под сладкой оболочкой обязательно горькая, с железным и соленым привкусом крови и слез? 

Я не знаю, что, кто и где я буду через 15 лет. Я знаю только то, что отказаться от права ДУМАТЬ и ЧУВСТВОВАТЬ я уже не смогу.  Слишком "яркие чувства настоящей надежды" захлестнули меня на пороге моих 20 лет. Sie hatte damals ihre politische Phase, скажут мои рассудительные немецкие друзья, и думаю, мои родители, через 15 лет. Но господа, От ТАКОГО не отказываются, ТАКОЕ не изживается, ТАКОЕ можно предать, только выбросив самое себя к чертям на помойку, только отказавшись от единственной возможности быть Человеком.